1. Skip to Main Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Алый парус на синей волне. Часть 4.

Оценить
(10 голоса)
Прочитано: 7543 раз
Алый парус на синей волне. Часть 4. Здесь Вятка впадает в Каму

От Аркуля до устья (2001 год)


БЕЛАЯ НОЧЬ

Дождь на старте - добрый знак. Он шел весь день 4 августа, пока ехали в Аркуль, и весь следующий день, когда, промерзшие на северном ветру, мы готовили бригантину к отплытию. Двенадцать долгих месяцев после прошлого похода юные речники и их наставники из Аркульского речного училища берегли наш корабль, и 5 августа вечером в розовеющих лучах предзакатного солнца наша шхуна с попутным ветром вышла из порта на голубую гладь реки и легла на курс к Каме. Праздник, который готовили целый год, начался, и Вятка-красавица подарила нам чудную белую первую ночь.

Вглядитесь в нее!

Над сосновым бором - огромная луна. В широкой сияющей дорожке от нее на сонной глади вод плавится рыба - блистают переливами, расходятся и гаснут в чернильной тьме кружочки волн. Облака над рекой в серебристых коронах, и светло кругом, словно днем. Над шатром палатки - Большая медведица, и искры костра золотыми змейками вьются ввысь, к Полярной звезде...

ВСЕМУ СВЕТУ КРАЙ

В эти минуты приятно лежать после ужина на коврике в траве, глядеть на огонь и слушать бесконечные песни под гитару Саши Бронникова. О крутых порогах, о дождях, о непокоренных кем-то вершинах. И думать - любят на Руси романтиков. И слагают о них песни. Например, такие:

Он поведал нам про свободушку
И собрался в путь, во дороженьку.
Помогал ему весь народ честной.
Оттолкнули мы челн Эдмундова,
Полетел челнок быстрой чайкою,
Вниз по Каме летел ночью темною...

Это о Дзержинском, "железном Феликсе" - туристе-воднике по необходимости в пору побега его из ссылки. Мелкопоместный польский шляхтич по родителям, он бы, наверное, стал нормальным паном, если бы в юности не попал под дурное влияние "улицы" и не связался с нехорошей компанией.. Она и увлекла его гоняться за призраком... коммунизма, который "по Европе рыскал, уходил и вновь маячил в отдаленьи". И позднее в друзья себе выбирал таких же фанатиков. Не от туризма, а... утопизма. Дружки-то до опалы его и довели.

В 21 год царь сослал его в Нолинск и велел на местной фабрике набивать махоркой папиросы - дабы привить любовь хоть к какому-то полезному труду. Но при зарплате 6 рублей в месяц пооневоле на баррикады потянет, и Феликс продолжал мутить народ. И вполне возможно, что именно здесь, под раскидистым дубом, у костра под луной ведал наивному люду "про свободушку", звал на борьбу, чтобы не было богатых. Вот тогда и увезли его в Кай - всему свету край, что на севере Вятки, откуда он вскоре вниз по Каме ночью по порогам - на челне?! - и рванул в Варшаву. Век с лишним назад было, а слава до сих пор. Наследил в нашем крае соратник Ленина...

Вообще говоря, места по югу Вятки богаты на события того переворота.

Вот село Гоньба на 168 километре реки от устья по правому берегу.. Рассказывают, что в позапрошлом веке все окрест принадлежало помещику Граве., жившему в двух больших домах на отшибе. Последний отпрыск его, сын Николай Граве, служил адъютантом у великого князя Николая Романова, внука царя Николая I, и отличался такой свирепостью, что до смерти запарывал крестьян на конюшне.

В дни октябрьского переворота в 1917 году Граве исчез и вернулся сюда через год уже с Колчаком воевать против красных во главе большого отряда. Трижды штурмовал Граве село, два дня палил по нему из всех пушек, приказав пушкарям не стрелять в свои дома в надежде вернуться. Три дня село горело, и остались от него только господские дома на пепелище. Но подоспели на пароходах красные, разбили отряд Граве и след его простыл. Через несколько дней из господского леса гоньбинцы стали рубить избы, а в барских домах устроили школу.

На пристани Цепочкино вам с гоордостью расскажут о великом земляке, "мальчике из Уржума" Сергее Кострикове под псевдонимом Киров. В вятских Полянах - об азинской дивизии, защищавшей от Колчаковцев во время большой смуты тракты и железную дорогу на Казань, Нижний Новгорд и Москву.

РЫБНЫЙ ДЕНЬ

Разговор о рыбе и рыбалке отдельный. Как любая река, Вятка всегда кормила живущих по ее берегам. Но и сейчас рыба в Вятке есть. И чем ниже, тем больше. Рыболовецкая бригада пищекомбината в Советске поставляет летом на прилавок своего магазина - каждый день! - до 100 килограммов жереха, щуки, леща, толстолобика. Бригадир Н. Ефремов рассказывал, что нынче в июле тот же толстоловик шел в сети вообще рекордный. Вместо привычного на 6 - 7 килограммов попал 13-килограммовый, а через жень - на 26!

Быть на реке и без рыбы?! В походе мы вообще рыбачили мало. Если сетью - проблемы с лицензией, а на удочку - так, развлекалка. Но 8 августа стало настоящим "рыбным днем". С утра Ростислав с Сашей Бронниковым дергали мелочь на кузнечиков. Миша Смышляев отправился в луга и принес... метровый кукан щурят и трех внушительных карасей - наловил руками в мелкой озеринке, которая буквально кишела рыбой. Когда прошли восторги, все кинулись на ловлю и принесли...почти ведро рыбы - те же щучки и караси.

День выдался жаркий, надо было "спасать" добычу - чистить да подсаливать, а тут на песках повыше нашего лагеря, появилась рыболовецкая бригада одного из Уржумских предприятий. Пошли поглядеть, помочь вытащить сети. Тонь оказалась вполне уловистой: десятков пять приличных подлещиков и... сазан на 5 килограммов! Сильный, красивый в блеске крупной чешуи! - и с ним стали все фотографироваться. Сазан, как известно, рыба "подзаконная", на прилавок его нельзя, и нам его продали да еще подарили трех лещей.

Рыбы получилась целая гора, и всей командой потом ее чистили. Сазан оказался жирен, как поросенок. На вечерней ухе он просто таял во рту. Икры из него вынули - литровую банку, подсолили и пустили потом на бутерброды. После этого два дня в меню экипажа была только уха, а мелочь вялилась на шнурах по бортам, и ею лакомились вволю, кто хотел.

"НА ЭТО МЕСТО УЖ НЕТУ КАРТЫ,,,"

Когда прошли Вятские Поляны, все стали ждать границу области. Пересечь ее - для экседиции момент, конечно, исторический. Но где ее увидишь? И вообще обозначена ли она как-нибудь? Ведь Вятский край не самостийная держава, и три богатыря с дозором - тут едва ли... Но хранитель и попутчик наш - бог ветров Борей - "указал", где надо причалить. В середине дня 13 августа он вдул нам прямо в нос левентик баллов в пять, такой, что грести против него не было мочи, и мы причалили, чтобы, кстати, пообедать, и вышли... как раз на границу области, и это была самая южная ее точка.

Тут смешанный лес. Несколько старых лип в два обхвата "выходят" к берегу. К стволам их на уровне вашего роста привязаны проволокой несколько бревен, которые спускаются к воде в виде забора. Такая же проволока уходит дальше в лес. Вот и вся граница. Немногие бывали тут, надо полагать. И мы, доедая подогретый завтрак, поздравляли друг друга, полные гордых чувство первопроходцев.

В ГОСТИ К ШАЙМИЕВУ

Между прочим, это место на реке примечательно и другим. Здесь сошлись границы трех "государств": нашей области, Удмуртии и Татарстана. Татария - "чужой двор", и по законам вежливости нужно было представиться хозяину - господину президенту Минтимеру Шаймиеву. Пообедав, мы к нему в гости и двинули. Благо ханский дворец - рукой подать, прямо против нас, на том берегу.

Берег здесь самый высокий на Вятке - 100 метров крутизны, поросшей соснами и елями. На самом верху, под облаками, куда не всякая птица поднимется, - крыши с башенками. Это и есть президентская дача, на подходе к которой еще с утра дважды подлетали к нам в тучах брызг на скутерах со 130-сильными японскими "Меркуриями" крепкие бритоголовые ребята - явно из охраны. Обычные вопросы - откуда-куда-зачем - и доклад "на вахту" по мобильнику...

Спустившись пониже и причалив, взяли аппаратуру и пошли "в гости". Грунтовая дорога, аккуратно опаханная, круто поднимается меж убранных полей. Вот мы и наверху. Просторы открываются отсюда необозримы. Слева - Вятский край, справа - Татарстан. Дача вблизи, впрочем, не впечатляет - не президентского размаха. За низеньким металлическим забором одноэтажный, из красного кирпича, дом 15 на 15 метров в плане. А вот мансарда - в три уровня. И на каждом - верандочки-террасочки для отдыха и любования окрестностями. Все общито обычной фальцовкой, выкрашено желтой и зеленой краской. Во дворе, впрочем, пара скутеров, катер, водные велосипеды.

Как сказали местные из деревни на реке, сам Шаймиев появляется здесь редко. Чаще прилетают на вертолетах министры и родня. Развлекаются и отдыхают в основном в купальне, стилизованной под огромный красно-белый тарарский шатер, установленный на песчаной косе выше линии границы, на нашей территории. Здесь же, у песков, рубленная из осины русская баня и раздевалка на понтонах, чтобы с полка можно было распаренному сигать прямо в вятскую волну.

На лай собак при нашем появлении из гаража вышел сторож Федя, огненно-рыжий мужик средних лет. Опасаясь международного скандала, я попросил у него разрешения сфотографировать дачу для будущей фотокниги, но Федя решительно отказал. Вот и приходится описывать словами.

С этого дня вятская часть путешествия закончилась, впереди была Татария.

КОРОЛЕВА НАРОДА МАРИ

Нынешний поход был особенно богат на встречи с людьми, красивыми душой.

Разве забудешь встречу с моряком Сергеем Григорьевичем Вагановым! Служил на эсминце №777 в бухте "Золотой Рог". Старшина второй статьи. Любовь к морю пронес через всю жизнь. И сейчас, на пенсии, он - капитан судна в "порту приписки" Цепочкино. Служба у него очень ответственная: перевозить на моторке доярок и косцов здешнего колхоза на другой берег.

Он очень любит свою должность и службу. Всегда собран, подтянут и строг. И помнит законы морского братства. Когда мы, подняв все двенадцать парусов, выходили из Цепочкино, капитан Ваганов запустил двигатели своего судна, дал "самый малый вперед" и, держа дистанцию слева по корме, проводил нас до границы своей акватории. При этом он почтительно снял и положил на колено морскую фуражку, принял торждественно-прощальную позу - и вольный ветер с юга играл локонами волос его, такими же седыми, как волны от форштевня его "эсминца".

А вот марийская деревня Тюм-Тюм на 225 километре Вятки. В переводе на русский - "корни дуба". Почти все жители здесь - марийцы. И живут своми миром и укладом. Был теплый летний вечер. Мужики, как у нас, - курили у домов на лавочках, бабы хлопотали по хозяйству. С одной из них, вышедшей загнать в ограду уток, познакомились.

Раиса Ивановна Альдимирова - пенсионерка. Всю жизнь проработала в местном колхозе телятницей и ездовой на лошади. Но в здешней округе и Уржумском районе знают ее как артистку марийского национального фольклорного ансамбля. В составе его она объехала с концертами половину бывшего Советского Союза. Ей аплодировали в огромных залах нынешнего ближнего зарубежья, и я не удержался от соблазна и попросил ее надеть марийский национальный костюм. Она согласилась, ушла в дом, а потом... выплыла на зеленый лужок из ограды в полном убранстве, вся в серебре монет и блеске бисера. И как преобразилась вся! Как засветилось теплом и счастьем лицо ее! Как наполнилась царственным достоинством поступь! И вся она была в эту минуту словно королева народа Мари...

СТЕНЬКИ РАЗИНА ЧЕЛНЫ...

И опять - в историю. Встречи с ней были особенно часты нынче, поскольку места по югу Вятки богаты на события масштаба российского.

В 1774 году здесь, через малмыжские земли, прошли отряды Емельяна Пугачева. По каким именно местам лежал их путь, неизвестно. Но несколько кремневых ружей, найденных в округе и неподалеку от нынешней Сосновки что под Вятскими полянами, относят, без сомнения, к эпохе Пугачева.

Из здешних мест, точнее из деревни Заструги, родом другая легендарная личность. Это Василий Федорович Бабушкин. Тот самый матрос Бабушкин, о котором рассказывали нам еще в школе. Русский богатырь необычайной силы, он в годы русско-японской войны храбро сражался в битве при Порт-Артуре в составе первой эскадры на крейсере "Баян". О подвигах матроса Федора Бабушкина и даже исторической роли его личности рассказывает Новиков-Прибой в своем знаменитом романе "Цусима".

В самом устье Вятки, в месте, где она влилась в Каму, по правому берегу есть овраг Степана Разина. Про "расписные челны" его, что выплывают "из-за острова на стрежень" миллионы россиян до сих пор поют, как подопьют в каком-нибудь застолье. Но спросите любого из местных жителей, и вам расскажут, что Стенька Разин далеко и не только тем знаменит был, что турецких княжон выбрасывал за борт "в набежавшую волну". Грозный атаман в пору его бунта стоял одно время со своим войском, поджидал купцов на судах, плывущих на ярмарки, и обирал до нитки. И вовсе не из принципа "делиться нало", как у нынешних рэкетиров, а по законам бандитской справедливости: награбленное раздавал бедным.

Было это - боже мой когда, но до сих пор жителей деревни Грахань, что в самом устье Вятки на краю Граханских гор, называют уважительно "разинцы" - в знак безграничной благодарности, должно быть, за халяву от "веселого и хмельного" разбойника с большой дороги.

ПОТОМКИ ГАРАЙ - ХАНА

Между прочим, "разинцы", с которыми мы познакомились на лодочном причале под деревней, приятно удивили тем, что помнят, откуда они "есть-пошли", то есть - родом. Николай Торопов, в годах уже мужик, и соседка его, "наискосок через два дома", дополняя друг друга, принялись... будить воспоминания моего детства.

В пору увлечения историей прочел я довольно толстый роман "Звезды над Самаркандом", кажется, Сергея Смирнова. Он - об империи Тамерлана, великого эмира и полководца Средней Азии конца ХIV - начала ХV веков. Этот ненасытный завоеватель в жизни только тем и занимался, что греб под себя власть и создал огромное государство, включавшее, помимо многих исчезнувших, нынче существующие Афганистан, Иран, Ирак и все республики Закавказья. Отличаясь неимоверной жестокостью, он огнем и мечом подчинял себе земли. Гонимые смерчем смерти с юга, татары из разоренного им города Булгара вынуждены были искать места для проживания на севере. Именно тогда на семнадцатом километре Вятки возник город Мамадыш, а в устье "забил место" Гарай-хан - сын одного из татарских ханов, посланный сюда отцом, чтобы взять "в кормление себе" рыбные богатства двух рек и тайги. От имени его и название деревни Грахань и Граханских гор по правому берегу - череды высоких и голых увалов.

Теперь Мамадыш - районный центр, красивейший ухоженный городок. И вообще, когда едешь по Татарии, впечатление такое, будто смерч перестройки конца минувшего века прошел верхом и пожалел соседей. В городах, поселках, деревнях - везде строительство. Возводят шикарные капитальные дома с полным набором хозяйственных построек по красивым индивидуальным проектам. Да не в нашем славянском понимании капитальные, а в восточном - "а ля ханском". И ухоженность везде, культура будничного быта.

Среди необъятных полей Прикамья, повсюду, прямо средь спелой ржи черными журавлями на желтом - нефтянные "качалки" с резервуарами при них. И все работают, кивают дружно треугольными "головами", добывая из недр земных "черное золото" для республики.

ПРОЩАНЬЯ ГРУСТНЫЕ МИНУТЫ

Именно этот "грустный" заголовок из множества просившихся на эту роль показался мне лучшим для финала. Потому что жаль прощаться с тем, что на протяжение четырех лет наполняло радостными хлопотами будни и делало праздниками отпуска. Но грусть эта светла. От мысли, что впервые в истории Вятского края мы, котельничане,прошли по всей Вятке от истока до устья. Реке, на которой родился наш земляк, писатель-романтик Александр Грин. Что свежий ветер одной для нас родины упруго дышал в паруса такого же трехмачтового корабля, как галиот "Секрет" капитана Артура Грэя. И что романтическую идею Грина о возможной рукотворности чуда, воплощенную им в литературных образах повести-феерии "Алые паруса", мы, духовные потомки его, попытались воплотить в реальность.

ПЕРВЫЙ - ПОСЛЕДНИЙ

Наступил последний день похода. Последний километр в нашей экспедиции. Справа - Граханские горы, слева - острова дельты. И не охватить взглядом эту необъятность, безбрежность устья Вятки. Места, где вливаются воды ее в Каму на 1593-м километре от Волги.

Мы ждали этот день четыре долгих года и рисовали в воображении, как на последнем километре пути - на по-осле-едне-е-ем! - мы будем "сушить весла" и предаваться воспоминаниям. Но боги и судьба распорядились по-иному. На "праздник устья" они приготовили такой подарок, о каком любой моряк может только мечтать.

Представьте голубую бездонность небес, снежный блест облаков в коронах от высокого полдневного солнца и - попутный, в корму, фордевинд баллов в шесть, какого за весь поход не бывало. Паруса подняты все! И в них давит так, что мачты гнет, как луки, и их приходится держать, чтоб не сломало. На рулях - редкий случай! - двое из последних сил держат судно на курсе. Алый корабль летит над синими волнами в белых, срываемых ветром, гривках. Длинными пенными космами шипят, разлетаются из-под форштевня буруны.. Мечутся, кричат высоко над клотиками чайки, пронзая узкими крылами облака. И не до воспоминаний уже о былом, а только насладиться бы этими последними минутами плавания и - победы!

"ЧТОБ УСТАТЬ ОТ УСТАЛОСТИ..."

Когда Вятка осталась позади, мы прошли еще три километра по Каме и причалили в Соколках, где раньше кончались вятские пароходные пути. Мы выполнили все, что задумали, и теперь можно вспомнить о былом.

В общей сложности на поход по Вятке ушло 75 дней. Из них 60 - "чистое" время маршрута по воде. За эти два месяца мы прошли почти 1500 километров по территориям и границам 18 районов Кировской области и двум республикам - Удмуртии и Татарстану. 3 дня - пеший переход в 50 километров по тайге в Омутнинском районе от истока до того места, где стало можно "сесть на воду". Остальные 12 - заброска на маршруты и отъезды домой: поездами, автобусами, машинами, на колеса которых "накрутилось еще 2000 с лишним километров. И еще мы сделали 2.000.000 гребков веслами, - когда не было попутного ветра.

В эти 75 дней на 3500 километрах было все, чем полны обычно такие дальние и сложные походы. Тяжелый и опасный для безоружного переход по тайге медвежьми тропами под нагрузкой в 50 килограммов, строительство и заброска судна, бивачная жизнь в условиях реки, заботы о безопасности корабля и команды.

В верховьях мы буквально прорубались и пропиливались сквозь лесные завалы. Ниже - учились управлять парусами, совершенствовали такелаж. Комары, гнус, пауты, клещи и прочая нечисть пили нашу кровь. Хлестали дожди, жарило солнце, бил град, засыпал снег (был такой день на севере - в июне!). И всякий день и час, свободные от сна заполнены были походной работой. Привычной и радостной для всякого, чья душа живет не квадратными метрами, а километрами необъятной и прекрасной нашей Родины.

САМЫЙ, САМАЯ, САМОЕ...

Теперь от похода - три фотоальбома да воспоминания. А в них изюминками - удивительное, любопытное, смешное...

Самые красивые места на Вятке - Советский район и Атарская Лука.
Самое рыбное место - в устье Белой на 475 километре.
Самый высокий берег, 100 метров, - на южной границе области.
Самая крупная рыба, о какой до сих пор вспоминают, - белуга на 300 килограммов, выловленная рыбартелью в 1952 году у села Василькова.
Самый "поэтичный" мужчина из встреченных - Илья Павлович Запольских, 75 лет, бывший токарь из поселка Речного Белохолуницкого района, вдохновенно читавший на свалке ржавых катеров письмо Татьяны к Онегину и прочее из Пушкина.
Самые романтичные девушки - в Слободском. Одна из увидевших наш парусник мгновенно представила себя Ассолью и тут же влюбилась в капитана - автора этих строк.
Самый смешной случай был в Нагорске. Едва наш Александр Петров сошел на берег, как его схватили прогуливавшиеся по берегу две практикантки-парикмахерши, усадили на камень у воды, вздернули выше "ватерлинии" юбочки и, расставив ножки "циркулем", принялись усиленно стричь его.. А Татьяне Юдинцевой сделали укладку...
Самый красивый и ухоженный город - Вятские Поляны. Самый пыльный - Малмыж. В сухие дни пыли здесь на улицах - не прохлебать.
Самая чистая и ухоженная деревня - марийская Тюм-Тюм на 225 километре. Самая грязная - русская Гурьевка на 61-м, утонувшая в грязи, поросшая крапивой и репьем.
Самая красивая старушка - Бабка Настя из Гурьевки. В свои 89 в 2001 году она имела дочь 33 лет, вовсю кокетничала с нами и с гордостью рассказывала, как из-за нее "парнечки-те, бывало, стрелялися".
Самый крупный "прикол" был здесь же, в Гурьевке, - на который любой журналист готов "купиться". Местный пастух с семилетней судимостью в духе "детей лейтенанта Шмидта" выдал себя за внука матроса с легендарного крейсера "Варяг", о чем поведал красивую легенду "с фотодокументом", полную,конечно, "развесистой клюквы"...

ВРЕМЕН СВЯЗУЮЩАЯ НИТЬ

Эту путешествие, преследуй оно лишь отпускные удовольствия кучки романтиков, в общественном плане ничего бы не стоило, не будь изначально сверхзадачи. Наша малая родина неповторима и прекрасна, и хотелось рассказать возможно больше из того, что увидели, услышали, узнали.

За четыре года экспедиции районная газета "Котельничский вестник" посвятила путевым очеркам по Вятке 14 полных газетных полос с 68 фотографиями. Почти весь текстовой материал, доработанный и приведенный в "книжный вариант", опубликован здесь. И внимательный читатель заметил, верно, многообразие поднятых тем. Среди наиболее значимых следующие:

Геологическое прошлое, флора и фауна нынешего Вятского края 250 миллионов лет назад.
Великие империи Азии и их влияние на освоение нашего севера.
История возникновения городов и сел, хозяй ственное развитие края, купечество, народные промыслы.
Революционные события начала прошлого века, народные бунтари и борцы за свободу.
Современная экономика области, капитализация производственных отношений, развитие предпринимательства.
Использование природных богатств, проблемы экологии.
Взаимопроникновение и взаимообогащение национальных культур.
Жизнь и творчество писателя-романтика Александра Грина.
Вятские мифы, предания, легенды.
Люди Вятки. Труженики, изобретатели, умельцы.

Материалы об экспедиции в течение всех четырех лет печатали почти все газеты восемнадцати приречных районов области, а также многие областные газеты. О ней рассказывалось в передачах областного радио и телевидения.

Решением экологических проблем, поднятых в публикациях о Кирово-Чепецком химкомбинате, занимались Департамент охраны окружающей среды и природопользования, управление по организационным вопросам и работе с территориями правительства области, о чем, помимо прочих был ряд публикаций в "Вятском крае". Итогам похода богато иллюстрированые целевые полосы посвятили "Кировская правда", журнал "Товар - Деньги - Товар", а также газета "Международник" Московского Государственного университета международных отношений (МГИМО) Министерства иностранных дел РФ.

Дважды писала о путешествии и иллюстрировала публикации фотоснимками участника похода, журналиста-международника Ростислава Вылегжанина столичная газета "Сельская жизнь", а "Комсомольская правда" в одном из кировских выпусков отвела походу целый разворот. В 2001 году в Москве вышел сбороник публикаций столичных поэтов и литературных критиков "Наш альманах", иллюстрированый, в том числе и цветными на обложках, фотоработами, привезенными из экспедиции.

Котельничская киностудия "Горизонт", лауреат и дипломант многих областных и международных конкурсов, сделала прекрасный фильм о походе "Под алым парусом мечты", презентация которого прошла 9 октября 2002 года в Кировском музее Александра Грина.

"ЕСТЬ ОДИН ЗАКОН У НАС..."

Все сказанное выше, не прощание с Вяткой. В стадии редакционно-издательской подготовки фотокнига о походе. А у команды в будущем новые маршруты по рекам необъятного и прекрасного нашего Вятского края. Потому что:

Мы, честь по чести говоря,
Чтоб берега нас не тянули,
Пообрывали якоря,
Подальше в море зашвырнули.
Есть один закон у нас -
Не на суше мили мерить,
В дружбу верить
Да в компас,
Да в попутный
      ветер
               верить!


Комментарии   

 
#1 Артём 23.08.2013 08:02
Молодцы! Сам давно плаваю на байдарке, такие рассказы мне по душе. Красиво написано. Попутного вам ветра всегда!
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Справочная

Рейтинг


Рейтинг@Mail.ru