1. Skip to Main Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Котельнич - город-крепость на северовосточном рубеже Московского государства

Оценить
(4 голоса)
Прочитано: 3020 раз

В 15-16 веках московские князья направили свои усилия на присоединение богатых и плодородных Поволжских земель, в которых утвердились татары и Казанское ханство. Котельнич в это время выполнял роль форпоста и прикрывал богатые северные русские земли от постоянных и разорительных для населения набегов татар. С другой стороны город - место сбора русских дружин, отправлявшихся в походы на Казань.

Вот эту землю, находящуюся недалеко от поселка Л.Искра и получил Каша МартьяновВ правление Ивана Грозного котельничане активно участвовали в войне за присоединение Казанского ханства. В 1542 году под городом был разбит 4 тысячный отряд татар, который возвращался с набега на Великий Устюг [14].

В походах 1545 и 1551 годов на Казань отличились котельничане Тит и Каша Мартьяновы. Их служба отмечена грамотами, полученными в Москве 29 июля 1551 года, в которых указано, что Тит и Каша государеву “казанскую службу с нашими воеводами служили зим и лет по вся годы” и за это “пожалованы” землёю в Котельничском уезде с оброком по льготе. Тит получил остров Шабуров, с Чёрным озером, меж Вяткою и Моломою, вниз Вятки на устье Моломы. Каше был дан на оброк “луг ниже Котельнича от острова от Дубова истока Языцы вниз по реке по Вятке, и с озеры и с бортным лесом и с ямы зверины” [15].

29 октября 1553 года в Москве “за службу с воеводою с Даниилом Федоровичем Адашевым в Казани” царскую грамоту на владение “в Котельниче лугом середь Разбойничья бору, вниз по Вятке до речки Кишкиля” получил котельничанин Петр Яковлев Сухово. До него эти земли “давали в Котельниче старостам и всем посадским и волостным людям во всю землю”, а П. Сухово был обязан доставлять очень незначительный оброк “30 алтын без гривны” “в Москву, в государеву казну, дьякам Ю. Сидорову да П. Никифорову” [16].

В конце 15 – середине 16 вв. Котельнич определили центром одного из четырех наместничеств, на которые была разделена Вятская земля [17]. По значению город находился на “третьестепенном положении” и поэтому наместниками сюда назначали “охудавших детей боярских”. Известно имя одного из них – Григорий Третьяков, сын Губин, по сословному положению сын боярский третьей статьи. Он был пожалован кормлением в 1555 году, но до города так и не доехал, поскольку умер после назначения [18].

Вероятно, власть наместников была слабой и поэтому жители вятских городов Хлынова, Слободы (Слободского), Карина, Орлова и Котельнича “били челом” великому князю Ивану Васильевичу “О том, что…на посаде, в станах и в волостях многие села и деревни разбойники разбивают, и животы ваши губят, и села и деревни жгут, и на дорогах многих людей грабят и разбивают, и крадут, и убивают людей до смерти; а иные многие люди у вас в городе и на посаде…разбойников у себя держат, а ко иным людям разбойники приезжают и разбойную рухлядь к ним привозят” [18.1]. Великий князь 2 марта 1542 года дал вятским городам, в том числе Котельничу, специальную губную грамоту, по которой их население “меж собя свестяся все за один” получило право для ведения разбойных дел избирать особых земских голов (3-4 человека на город), “которые бы грамоте умели и которые пригожи”. Им должны были помогать старосты, десятские и “лучшие люди”. При производстве дознания представители городского общества могли производить обыски, пытать “накрепко”, бить кнутом и казнить “смертною казнью” разбойников.


Вятская земля на европейской карте середины 16 века

Около 1558 года система наместничества и кормлений была полностью ликвидирована, а властные полномочия получили сословно представительные органы управления – городская, волостная и становая земские “избы”.

В конце 16 века после устройства в Казанском воеводстве городов-крепостей Козмодемьянска, Уржума, Санчурска, Яранска (1584) из Москвы через них была проложена большая Сибирская дорога, которая далее проходила через Котельнич, Орлов, Хлынов, Слободской. Около этого времени Котельнич стал административным центром особого уезда. Переписью 1595 года в нем зарегистрирован 71 двор и 430 жителей [19].

С середины 16 века упоминание о Котельниче стали появляться в иностранных источниках, а название города появилось на картах, составленных географами европейских государств. Сигизмунд Герберштейн в “Записках о Московии” (1556) писал: “Стране (Вятской области) дала имя одноименная река, на берегу которой находятся Хлынов (Chlinow), Орлов (Orlo) и Слободской (Slowoda). При этом Орлов расположен в четырех милях ниже Хлынова, затем еще на шесть миль ниже, к западу – Слободской; Котельнич (Cotelnitz) же находится в восьми милях от Хлынова на реке Rhecitza, которая, вытекая с востока, между Хлыновым и Орловым впадает в Вятку. Страна болотиста и бесплодна и служит своеобразным убежищем для беглых рабов, изобилует мёдом, зверями и белками. Некогда она была владением татар…” [19.1]. Как видим, эти сведения не отличались точностью.

В начале 17 века Московское государство пережило “смутное” время. В Вятской земле в центре событий оказался Котельнич. Осенью 1606 года в городе вспыхнуло восстание за “царя Димитрия”, в ноябре 1609 г. – в поддержку самозванца Лжедмитрия II [20]. В послании о помощи к пермичам вятский воевода князь Ухтомский писал: “Государевы изменники воры, Волжские казаки, которые были под Свияжском, собрався с чебоксарскими и козмодемьянскими и шанчурскими и с царегородскими и яранскими стрельцы и со всякими русскими воры и с луговою черемисою со многими людьми и пришед из Яранска к Вятке Котельнич городок взяли и церкви Божии осквернили, и образы одрав покололи, и сотника стрелецкого Захара Попова на кол посадили, и многих людей побили, а жен и детей позорят, а крестьян до основания разоряют: сели в Котельниче, а из Котельнича во все городки пишут воровством всяческим, чтоб им всю Вятскую землю прельстить и к вору привесть” [21]. В декабре Котельнич освобождён от повстанцев правительственными войсками, а его жители приведены к присяге царю Василию Шуйскому.

После событий “смутного” времени город переживает период упадка. По переписи 1615 года в нём оказалось 9 дворов церковников, 3 пушкарских, 40 тяглых, 9 нищенских келий и один двор для приезжих, кроме того, четыре деревянных церкви, 37 дворов пустых, 10 пустых же дворовых мест. По этому показателю Котельнич оказался самым малым городом Вятского края. В Хлынове насчитывалось 603 двора, в Слободском – 158, в соседнем Орлове – 73 [22].

О серьезном демографическом и экономическом кризисе города и уезда свидетельствуют и данные приходно-расходных книг московских приказо. К 1616 году за городом сложился крупный долг в размере 67 рублей по платежам в госудаоственную казну “с пустым сошек (земельных участков) и рыбных ловель” , в том числе было не добрано доходов в 1614 году - 23 рубля 19 алтын, 1615 г. - 26 рублей 26 алтын 3 деньги, в 1616 г. - 16 рублей 26 алтын 3 деньги.[22.1]

Постепенно экономическое положение Котельнича и уездаулучшалось общие доходы, собранные в казну, за 1619/20 -1620/21 г. возросла с 355 руб. 157 алтын [22/2] до 390 рублей 143 алтын [22.3]. Из этих денег от 39 до 36% было получено “от кабацкой прибыли”, с продажи вина. В 1621 году “против збору 128-го (1620) году в Котельниче кабацких денег (было) не добрано рубль 14 алтын две деньги... потому что ... многие ветчане, посадкие и уездные, были в отъезде ... и питухов на кабаке перед прошлым годом было мало, а хлеб прежнего был дороже” [22.4].

Тягловые и оброчные книги 1629 года отразили некоторые перемены в развитии города и благосостоянии его жителей [23]. В это время Котельнич состоял из “города” (так назывался кремль), “острога” - огороженной частоколом территории и неукреплённого посада. “Город” был “деревян, ветх”, но в отличии от Орлова и Слободского не “розвалился”.

В кремле находилось три церкви: соборная Архистратига Михаила, теплая с трапезою Николая Чудотворца, холодная Алексея человека Божия и Живоначальной Троицы, в которой, вероятно, из-за ветхости службы не шли. Здесь же был поставлен “двор земский для приезду государевых посланников”.

В “остроге” располагались церковь теплая с трапезой Живоначальной Троицы с пятью лавками, торговлю в них вели посадские и приезжие люди, церковь холодная Николая Чудотворца с 4 лавками, в которых торговали приезжие люди и предел Екатерины Христовы Мученицы с одной лавкой. На посаде были построены кузница и баня для посадских людей, которую топил Андрюшка Григорьев и платил “оброку и пошлин 10 алтын и 5 денег”. Всего же “в Котельниче городе и на посаде (было) 7 дворов церковных, да двор съезжий для посланников, да 2 двора пушкарских, да два двора монастырских”. Количество тяглых дворов сократилось с 40 до 25, а доходы в казну упали с 38 до 33 рублей. 26 дворов стояли пустыми. Вместе с тем оброчные доходы с города и уезда возросли с 99 до 150 рублей.

В отличие от “тягла”, которым облагался не член общины, а город, округ, волость, как совокупность хозяйств, “оброк” устанавливал личную подушную, тягловую или поземельную подать.

Оброчные платежи значительно разнились по суммам в зависимости от получаемого дохода и рода занятия. Среди горожан появились достаточно зажиточные и предприимчивые люди. Один из них - Баженка Веснин. Он имел лавку в посаде, деревню “на увале”, пожню, сенной покос и продал двор на посаде Ивашке Кузмину. Оброк с земельных и бортных угодий в уезде более рубля платили котельничане Пронка Гузнов, Матушка Кочев, Канашка Титов, Онтонко Томилов, Назарко Андреев сын Петров.

За котельничанами в окрестностях города и уезде числилось 6 мельниц. С мельницы колотовки на Коскове Ивашка Мельник и Кокорка Загайнов платили оброк 4 рубля (!), с мельницы под городом на ручье посадские люди Митка Куршанов и Гришка Батуев – 10 гривен.

Наряду с сельским хозяйством горожане занимались и другими промыслами. Железные руды повыше Спасского погоста на орловской стороне разрабатывали Петрушка Кузнец и Жданка Кузьмин и платили оброк семь алтын.

Ловлю рыбы вели две артели. Одна состояла из семи человек, и платила оброку два рубля 23 алтын две деньги. Собственный рыбный промысел имели и платили оброк более рубля Парфенка Самсонов, Фадейка Шильников. Своё дело в Котельниче было у хлыновца Богдашки Балезина, который владел рыбной лавкой и платил оброку два рубля с полтиною “с рыбные ловли курейки боровые и с озеров и с истоков, которые к ней прилегли”.

Развитие экономики уезда привело к возникновению в Котельниче в 1647 году Алексеевской ярмарки, которая в это время имела местный характер. По преданию благословение на её открытие было получено от царя Алексея Михайловича с пожалованием городу иконы Св. Алексея человека Божия [24].

К середине 17 века население Котельнича значительно увеличилось. По переписи 1654 года в городе зафиксировано 147 посадских и 10 церковных дворов и в них столько же людей (мужчин) [25]. Это было в 5 раз больше, чем по переписи 1629 года. Увеличение населения кроме естественного прироста шло за счёт новых поселенцев, которых привлекало обилие свободных земель и других угодий. Большое значение для развития края имела колонизаторской деятельности монастырей.

В 1613-1614 годах в Котельниче за посадом рядом с городом был основан и построен старцем Кириллом “Ивановский Предтечев монастырь”. Постепенно монастырь превратился в крупного земельного собственника. В 1629 году он получил по царской грамоте первые земельные угодья [26]: “лес, пустое дикое раменье… ниже Котельнича города сорок верст, от Усть –Боровые в лес прямо на десять вёрст…, а от речки Ягодки прямо в лес на пять вёрст” и “дикое раменье, черново лесу, на четверть выти, ниже города Котельнича верст с десять, против Гордитцкого острова, на горах…да сенные покосы около Боровые и Васковых гор, и с Кожуховым наволоком, и Молчанова прость, с верхнего конца подле бор до нижнего конца тое ж прости”. В дальнейшем монастырь покупает земли, а население делает вклады. Известны “ вкладной лужёк, сенной покос Марьи Ивановы дочери Касьянова, Мартемьяновские жены Деревянного, подле речку Бледню. Да пожня, сенной покос. Купленная за Вяткою рекою подле Бледню же” [27].

К 1654 году на своих землях монастырь успел поселить уже 42 крестьянских двора.

В 1658 году была учреждена Вятская и Великопермская епархия, её первым пастырем был назначен Коломенский епископ Александр. По указу от 3 апреля 1658 года “великого государя святейшего Никона патриарха Московского” Предтеченский монастырь был “отказан в вотчину” епископу Александру “в селах и в деревнях и во дворах крестьян и братей и детей и мнучат и племянников и бобылей и подсоседников,… с пашнями, и со всякими угодьями, рыбные ловли и сенные покосы и лесы и бортные угожеи” [28].

К этому времени в его владениях насчитывалось четыре двора в Поломской и Куринской волостях, двенадцать дворов в слободке Васильковой в Котельничском уезде, в Слободе под городом за речкою Балакирицею 37 дворов, в которых проживало столько же мужчин, “да братьев два человека, детей сорок пять человек, племянников два человека, внучат четыре, захребетников восемь человек” [29].

Сам монастырь в 1658 году предстаёт достаточно благоустроенным. Он имеет “ограду и городьбу забором”, за которыми находились деревянная церковь Благовещения Пресвятой Богородицы с колокольней: “столб сосновой под шатром, на колокольне четыре колокола, весом чаять пуда с три” и вновь строящийся храм во имя Иоана Предтечи, у которого уже “глава и шея и олтарь крыты чешуею”. Здесь же пять братских келий с двадцатью шестью монахами, да келья больнишная, да келья хлебная, да погреб, над погребом анбар, ставят квас братской, да поварня, что варят квас на братью” [30].

В казне хранилась достаточно крупная по тем времена сумма денег “семьдесят рублёв”. В трех хлебных житницах запасы ржи, овса и ячменя 138 четвертей (13500 кг) У монастыря имелась своя мельница на речке Балакиревице и развитое животноводческое хозяйство: “за монастырём два двора: двор конюшенной, другой скотской: на конюшенном дворе тринадцать лошадей работных, меринов и кобыл, два жеребёнка селтных, да на другом дворе двенадцать коров, да лонских семеро теленков, да селтных пятеро, осмеро овец, под ними девять ягнят, четыре барана” [31].

В дальнейшем земельные владения и хозяйство монастыря продолжали увеличиваться.

В 1678 году в Котельниче на посаде, на месте пяти пустых дворовых мест, строится девичий монастырь с церковью во имя Введения Пресвятые Богородицы [32]. Монастырь был бедным, в нём проживало только 8 монахинь. Оба монастыря просуществовали до 1764 года и были упразднены по указу Екатерины Второй [33].

Экономическое развитие города в 1658 году было прервано эпидемией моровой язвы. По переписи 1678 года в городе 59 дворов и 7 избенок, в которых проживало 158 человек (мужчин). Пустых дворов и дворовых мест – 62, людей убыло 162 человека [34].

Со второй половины 17 века начинает более ярко проявляться имущественное расслоение горожан. Среди них 9 нищих. Нищие в основном женщины, но есть и мужчины, семьи с детьми. Со времени последней переписи от тяжёлой жизни девять семей котельничан “сбегли с Вятки”, пятеро забраны в стрельцы, двое - в солдаты.

Ухудшение достатка населения было вызвано ростом бремени государственных повинностей. Жители посада платили тягло и оброк за пашню, сборы - ямские, полоняничные, таможенные, с оброчных и перекупных статей. Кроме этих общих для всего Московского государства налогов, Вятский край нес и особые местные повинности. Самой тяжёлой из них была обязанность доставлять хлебные запасы в Верхотурье. В 1681 году её заменили выплатой денег: “за сошные хлебные запасы отвести в Сибирь на Верхотурье деньгами: за муку ржаную по рублю, а за крупу и за толокно по полтора рубля за четверть (около 100 кг)”.

На другом полюсе городского общества появились котельничане, имевшие землю и хозяйство в уезде. Среди них - протопоп Троицкого собора Дмитрий Шабалин. Он имел двор в кремле с двумя дворовыми, “живут по строчным крепостем”, деревню и починок в Молотниковской волости, где на него работали 11 семей половников. Подьячий приказной избы Герасим Афанасьев Шмелев владел двором на посаде, где вели хозяйство 10 его дворовых людей с семьями и детьми. У него же был двор в Куринской волости. В окологородской и куринской волостях починки и займища с половниками были у попа соборной Троицкой церкви Петра Наймушина, у Лучки Ярыгина и Ивашки Солодовникова.

Увеличение населения города во второй половине 17 веке привело к расширению его территории. Котельничане шаг за шагом обживали “удобную” котловину: к кремлю и посаду добавился “верхний посад”. “Ветхий” 1629 года кремль получил новые деревянные стены с башнями с трёх сторон и воротами под каждой. Главный въезд – с восточной стороны. Здесь над воротами башни были помещены две иконы – большая: Спаса Нерукотворного и Казанской Божьей Матери. В кремле был сосредоточен достаточно большой запас оружия, и он по-прежнему выполнял роль крепости. В “росписном списке” князя Прозоровского 1676 года отмечено: “В Котельниче городе великого государя в казне оружия и всяких оружейных припасов, по сказке городового приказчика Федора Тюфякова: две пищали, по 9 пядей с полпядью (1,8 метра), а стоят в городовых Спаских воротах, а к ним в казне 73 ядра железных, по гривенке ядро (0,4 кг.); пищаль затинная да пищаль без ложи, 11 пищалей затинных, а к ним 81 ядро, 11 пищалей рушниц; 4 пуда с четвертью без 2 гривенок свинцу, 6 пудов зелья (пороху)” [35].

Кроме церквей в кремле находилась приказная изба, а на верхнем посаде – двор мирской для приезду всяких людей. Появилось на посаде и питейное заведение, которое в то время носило название “кружечного двора казённый погреб”.

1686 году Котельнич сгорел со всеми церквями. Дальнейшее развитие города происходило уже в новый период русской истории.


Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Справочная

Рейтинг


Рейтинг@Mail.ru