1. Skip to Main Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Белые ночи Карелии

Оценить
(2 голоса)
Прочитано: 3066 раз

Когда турист-водник после рек равнинных, начинает заниматься спортивным сплавом по категорийным горным, всякий взятый порог для него - преодоление... самого себя, победа над собой. От порога к порогу он по капле выдавливает из себя чувство страха перед водной стихией.

Друзья, знакомые и многие читатели "Котельничского вестника", помнят эту "фирменную" рубрику. Именно под ней, продутой ветрами романтики странствий, обычно по осени идут в газете мои путевые очерки о летних походах нашей команды туристов-водников. Четыре последние серии были об экспедиции на трехмочтовой двенадцатипарусной бригантине по всей Вятке от истока до устья, а сегодня - вновь о Карелии. Почему вновь, - об этом чуть ниже.

Так вот, в июле 2002 года при содействии специалиста отдела по делам молодежи и спорту районной администрации Александра Зайцева и заместителя главы района Александра Лаптева мы побывали на границе с Финляндией и прошли на катамаранах по связке рек Муезерка-Чирка-Кемь, - овеянной во многом недоброй славой и опасной бай дарочной "четверке". Экспедиция эта под идеей повышения профессионального мастерства организаторов школьного туризма предполагалась более крупной по составу, но по ряду причин на маршрут вышли только четверо.
Это преподаватель основ безопасности жизнедеятельности Боровской школы, участник водных походов по нашему краю Андрей Терехов. В прошлом тоже физрук и турорг Куринской школы, руководитель категорийных пеших "единичек" и "двоек", в частности в Хибинах на Кольском полуострове, участник четырехлетнего плавания на паруснике по Вятке Александр Петров из Ленинской Искры. Участник пешеходных горных "троек" по Крыму, котельничанин Александр Вылегжанин.
Четвертым был я, автор этих строк, с поручением друзей рассказать о походе всем, кому это будет интересно.

Давно это было - три века назад.
Ехал на лодочке Великий Петр, веселышками помахивал, а где и парусок, если ветерок тянет. Пономареву гору прошел. Встали впоперек пути корги морские, каменные отмели. У Вардегоры торнуло корабль, задело днище каменищем. Барин-фельдфебель на палубу пал.
- Пропадем навеки! - вопит, с белым светом прощается..
Так повествуется в сказах о Петре I той поры, когда он "прорубал окно в Европу" и в поисках выхода к Белому морю путешествовал по Карельским рекам. Нетипичность их для горных и особая привлекательность для туристов-водников в том и заключается, что текут они между озерами, "нанизывая" их, как голубые кораллы, на бесконечную серебряную нить. Можно час или несколько, а то и весь день идти прямо по... небу, средь утонувших в бездонье облаков, веселышками помахивать, а где и парусок, если ветром потянет. Но лишь кончится озеро или плес, - с шумом, рокотом, в дикой пляске брызг "встанут впоперек корги морские, - начнутся пороги с большими и малыми обливными "каменищами", отбойными валами, пенными котлами. И не дай Бог сунуться на них без опыта и нужной экипировки, - с белым светом прощайся, пропадешь навеки!

"Пропадать" мы, конечно, не собирались, а "корабли" у нас были - не только барину-фельдфебелю, самому Петру с его голландским опытом судостроения в диковину и экстремалу спортивного сплава в восхищение. Два катамаранчика, каждый - игрушечка: три надувных гондолы, длина 3 метра 40 сантиметров, толщина стенок 200 микрон, вес с каркасом - 20 килограммов и 2 тонны воздуха на двоих. В порогах его кидает, как мячик. Так что с иной "бочки" в пенный котелок , словно в бездну, ухнешь с головой - каски не видать, и тут же взметнет тебя под облака, окатит пенной гривой и снова - в бездну!..
Таких катамаранчиков модульной сборки под любой тип рек нигде в стране не делают. Это ручная штучная работа, произведение искусства в своем роде. И нынешний поход был по сути двухнедельными ходовыми испытаниями их, утвердившими в выводах: ничего уже, кажется, более совершенного и универсального для спортивного сплава придумать невозможно, в чем бы технические и эксплуатационные факторы, во многом взаимоисключающие, находились бы в столь тесном взаимосочетании. И если кто-то из школьных туроргов или фанатиков-одиночек "заразится" этой горной болезнью, мы рядом и поможем "болеть красиво и недорого".
Серьезным испытанием духа был этот поход и для членов команды. В былые времена ни один турклуб на эту связку рек нас бы не выпустил, а контрольно-спасательная служба сняла бы с маршрута. И правильно бы сделала. Потому как, чтобы идти на "четверку", надо сначала покорить "единичку", потом "двойку", - например, на Урале. Потом "тройку" - где-нибудь в Карпатах или Саянах. Оформить все документально. И только потом ты можешь заявиться на "четверку". Да чтобы у руководителя была "пятерка". У нас же в экипаже все, кроме меня, на горную реку и сразу средней категории пошли впервые. Однако, экзамен на мастерство и стойкость выдержан. Маршрут пройден в целом технично, без аварий. А одна порванная гондола, одно выпадение с судна в пороге и "подаренное" ему весло, - это из ряда мелких испугов.
Кстати, о последнем, очень важном, - о страхе. Когда турист-водник после рек равнинных, начинает заниматься спортивным сплавом по категорийным горным, всякий взятый порог для него - преодоление... самого себя, победа над собой. От порога к порогу он по капле выдавливает из себя чувство страха перед водной стихией. Помню, как сам я в девяносто первом, здесь же, на Чирка-Кеми, в самом сложном месте - на "пятерочном" Тахко-Падуне, пережил буквально животный страх перед ним. А нынче с радостью наблюдал, как от порога к порогу у Саши Вылегжанина и Андрея выдавливается это чувство страха. Как они смелели и в последние дни ради лишнего "глотка адреналина" выбирали порой более сложные, чем мы, и интересные линии движения.
И еще о страхе, в смысле - о мужестве, раз уж речь зашла о Падуне. В девяносто первом мы с Сашей Забалуевым, Михаилом Смышляевым и Алекеем Худицким на надувном плоту, с трудом преодолев аварийную ситуацию, "взяли" его по опасному левому сливу. В девяносто пятом на том же плоту обновленная котельничанином Колей Спицыным, наша команда из-за ошибки при заходе в правый слив "мертво" посадила судно в "каменную кашу". Нынче мы с Сашей Петровым на нашем маневренном катамаранчике, тщательно продумав линию движения, чтобы не "ступить второй раз на те же грабли", идем в тот же правый слив и... врезаемся в ту же "кашу", рвем гондолу и на двух оставшихся ковыляем к берегу, - нетехнично, не чисто и противно. С учетом теперь уже нашей ошибки, следом идут Вылегжанин Саша с Андреем. изящно входят в слив, филигранно вписываются буквально в два метра полуводопада между той грядой и скрытым острым камнем-"петухом" и вылетают из пенного котла с тучей брызг и сияющими лицами, - красиво и спортивно.
В те два раза, когда мы здесь стояли лагерем, я видел много команд туристов-водников: из Минска, Ленинграда, Москвы, Владимира, Липецка, Кемерова - вся география России. Хорошая экопировка, фабричные катамараны, байдарки последней марки, и общаются с тобой этак "на понтах". А Падун... все дружно обходят. Вытаскивают на берег свои суда, взваливают на спины и продираются с ними по камням сквозь ивняк, через лес - к тихой воде. Вообще, - мудро. По всем лоциям Падун-то - "непроход". Да ведь в лоциях мало ли что, - а у нас закон: мы по берегу не ходим.
За этой фразой отнюдь не бравада, а за подробностями штурма Падуна отнюдь не желание использовать газету для рекламы личного геройства. Или личной дури, - на языке большинства. Это повод напомнить, что над "корытом" жизни есть миры выделенных Богом. Например, мир художников или актеров, - искусства с его духом образов. Или мир, скажем, ... уголовников, - преступности с особой системой ценностей. Или мир священнослужителей, - мифологии рабства души. А есть мир... фаталистов, игроков со смертью.
Вроде, нет никакого смысла лезть на гору высотой десять километров. В пропасти срываются, в лавинах гибнут, от недостатка кислорода с ума сходят, но - лезут?! Или взмывают на дельтаплане под облака, "чтобы"... низринуться, в травматологии полгода проваляться и снова - взмыть! Зачем? Или двое суток за две тыщи километров едут в Карелию, на Падун, видят на берегу свежий крест, - кто-то недавно разбился о камни, - скорбно качают головами: да, мол, товарищу не повезло. Но... - надевают жилеты и каски, садятся верхом на пузырь и...
Зачем? В чем здесь смысл? А смысл в том, что, как пел Олег Миронов, ...

Есть наслажденье -
Ходить по краю!..
Смотрите, ангелы,
Смотрите - я играю.
И очень может быть,
Что от хлопот моих
Я поседею раньше остальных.

Поседеть раньше есть от чего. Помню далекий девяностый год, Федотовский порог на Койве на Урале. И маргрут-то "единичка" - для прогулки слабоват, - но есть в одном месте каменная плита. Плоская, как стол, она перегораживает половину реки. И весной, в половодье, здесь натуральный водопад с крутой бочкой слива и пенным котлом. в котором эту пену крутит до дна. И помню тот день, 2 мая, когда у руководителя нашего похода, тогдашнего студента одного из Кировских вузов Анатолия Лаптева, немножно, видно, где-то там недошурупило, и он, стоя сам на берегу, послал нас на надувном, но тяжелом плоту на этот водопад без разгрузки вещей и осмотра, только велел "держать восемь метров от берега". Ну, мы как шли, так и... прыгнули с этой плиты в пенный котел, так что греби из подгребиц вылетели, а судно наше, как подводная лодка, полминуты на поверхность всплывало. И только потом, много позже, прокручивая в памяти те мгновения, мы поняли, что... Что вот так, пожалуй, делать больше не надо.
Но хочется! В этом и есть наслажденье! А за наслаждение надо платить..
Про чью-то трагедию на Падуне незадолго до нас я уже говорил. А еще рассказывают, что нынешним летом сдесь случилась авария байдарки. Событие, вроде бы, вполне рядовое, но одной московской студентке весьма не повезло: при оверкиле, то есть перевороте, обезобразила лицо себе своим же веслом. Благо заместитель министра здравоохранения Республики Карелии отдыхал неподалеку, и ее на министерском "джипе" быстро увезли, окровавленную, в ближайшую клинику.
Впрочем, хватит грустного. В Карелию ездят прежде всего красиво отдыхать. Здесь чудесная рыбалка, живописные места, особая северная красота. Здесь рядом граница, посторонниз нет, а люди - разве только наш брат-турист на "спецтранспорте". Сюда надо не на десять дней рисковать жизнью и пороги покорять, а на месяц-другой на тихое озеро с лилиями и девушкой, которая тебя любит...
А еще очень хочется думать, что самый молодой член нашей нынешней команды Андрей Терехов, отлично и даже, что очень важно, - с купанием в одном из порогов (!) выдержавший вступительный экзамен по спортивному сплаву по горной "четверке", станет среди своих коллег, школьных туроргов района первопроходцем и организатором будущих путешествий по категорийным горным рекам.
Между прочим, под Калевалой, говорят, есть речка с красивым названием Писта, а на ней 25-метровый порог-водопад. Двухступенчатый, с двумя виражами - то есть для настоящих мужчин. Кто пожелает пополнить компанию на будущий год, выходите на связь, поговорим.

... А ночи в июле здесь действительно белые.

Анатолий ВЫЛЕГЖАНИН
фото Александра и Анатолия Вылегжаниных


Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Справочная

Рейтинг


Рейтинг@Mail.ru